Лорд Кросс

Старейший и самый результативный военачальник Империи Полярис. Кросс состоял в Имперском Легионе дольше всех живущих и перенёс службу при четырёх Императорах: восстановительная медицина державы и в третьем столетии жизни поддерживает в командующем силу и ясность ума. Путь наверх он начал кадет-офицером на флагмане Двенадцатого имперского флота; что происходило с ним в родном Доминионе в те годы, летопись умалчивает — известия о нём появляются лишь тогда, когда Империя приходит в чужое пространство.

Фракционные сборники при этом проводят имя Кросса вглубь ещё на тысячелетие. Восстание 3453 года на Вольф-Прайм, вспыхнувшее уже при диктатуре, подавил начальник планетарного отделения Легиона полковник Кросс — с такой жестокостью, что о сепаратизме на планете с тех пор не вспоминали. Свести карателя и Великого Адмирала в одно лицо не позволяет даже восстановительная медицина Империи: вернее считать этот эпизод самым ранним следом рода в летописях. Почерк, однако, знаком.

Славу Кроссу принесло Вторжение. В 4451 году его ударное крыло шло на острие Первой Волны — по доминионским хроникам, группировка армий «Центр» под его началом двигалась на Ленинбург и Мидгаард, — и по числу побед за ту кампанию с ним не сравнился никто. Во Вторую Волну фортуна отвернулась: соединения тридцати двух планет сорок пятого сектора разбили его флот, командующий уцелел чудом и годами тянул лямку опалы. Возвращение состоялось к Третьей Волне — Империя вязла в восстаниях на занятых мирах, и именно Кросс стал тем, кто их гасил: за его подписью — усмирение сотни с лишним планет, и на каждой он показал себя тактиком безошибочного чутья и палачом, без колебаний возвращавшим имперский порядок.

Его почерк узнаваем: скорый на расправу властитель древнего образца, держащий армию не на вере, а на страхе. Ходы противника он просчитывает безошибочно, но расправа одинакова для врагов и подчинённых — приказы не двусмысленны, провал равен смерти, а жертвы среди мирного населения в расчёт не принимаются вовсе. Знаменитая странность адмирала — нелюбовь к командной кабине: Кросс предпочитает пеший строй и лично поднимает в атаку Трибунаторов и линейную пехоту. Военные теоретики обеих держав называют его лучшим мастером городского боя и боёв в тесноте; в послужном списке — Велиан (стодневный штурм планеты-города), подавленный мятеж на Кроносе-7 и захват добывающего комплекса на Ржавом Осколке.

Клубные хроники добавляют штрих и к штабной биографии: в Генштабе ВКС Империи Кросс был неформальным знаменем «сухопутной» группировки, ревниво взиравшей на возвышение десантной клики Долгорукого — Лордов Шеймуса и Лама. Слепо повинующиеся клоны были ему ближе инициативных десантников, мнивших себя элитой; на Велиане он не раз бросал десант в лобовые атаки наравне с линейными частями, а его давняя неприязнь к «выскочке» Долгорукому, единственному Лорду без дворянской крови, после той кампании перешла в откровенную ненависть. Уход Кросса наместником в Юго-Западный Квадрант (с 4531-го) позиций его клана в Генштабе не ослабил: там его опорой остался Лорд-Принцепс Диего Кортес.

Отдельной строкой летописи идёт многолетнее единоборство с Советницей Протектората Еленой Пириэль. Они сошлись примерно в трёх десятках сражений, и каждое превращалось из операции двух армий в личную схватку двух полководцев; истоки этой ненависти достоверно не известны никому, кроме узкого круга чинов обеих держав.

Империи как таковой Кросс служил всегда — не людям на троне. При Узурпации он сохранил чин, водил войска на периферии и в борьбу за дворец не полез; когда же Диего пал, приведённый Кроссом военный флот возник на орбите столицы уже после развязки. Все ждали новой гражданской войны, но за закрытыми дверями адмирал долго говорил с Виктором — и присягнул Регенту вместе с флотом. Так он получил пост Великого Адмирала и фактическое командование космофлотом Внутренней Империи; за минувшие годы не произошло ничего, что позволило бы сомневаться в его верности Виктору. Шепчутся, что именно Кросс стоял за отстранением Алексея Долгорукого и его почётной ссылкой в Юго-Восточный Квадрант — неприязнь двух Лордов, порой открытая, тянется из глубины лет.