Доктрина Императора

Для обывателя Поляриса Император — высший законодательный, исполнительный и судебный орган в одном лице, непререкаемый авторитет и наместник бога: Его Слово — Закон. Официальный текст добавляет деталь, от которой у чужака кружится голова: Император не имеет имени — и если он меняется, простые граждане об этом никогда не узнают.

Доктрина разгадывает эту формулу просто: никто на Полярисе и не всерьёз верит в бессмертного владыку. «Император» — персонификация самого государства, его Закона, Порядка и Единства; слово восходит к латинскому «повелителю», и в имперском употреблении понятия «Император» и «Империя» слились воедино. Произнося это слово, обыватель Поляриса видит перед собой не человека с биографией — всю полноту имперской власти разом. Служить Императору — значит служить Государству, Обществу и Закону; а что может быть почётнее служения Человечеству, которого предстоит объединить под эгидой Единого Закона? Это тот самый «Большой Брат», вездесущий без всякой мистики — потому что он и есть несущая часть самого социума Поляриса.

Персонификация государства не изобретение Поляриса: древние египтяне иносказательно изображали мир парой богов, поздний Рим писал иконоподобные аллегории собственных провинций, а культуры национальных государств Земли выводили на плакаты мужественную женщину-страну. Автократии хоронили харизматичных вождей с неподдельным горем — вождь был в массовом сознании столпом общества, частицей которого чувствовал себя каждый. Империя Полярис довела этот механизм до апогея: смерть носителя здесь не событие, а административная процедура, невидимая тому, кто присягал не человеку, а государству, у которого лица может и не быть.